улице ни души, и только снег плавно кружится в воздухе. Накадзима смотрит на
снег. Смотрит ясными красивыми глазами. Это лицо человека, который наблюдает
что-то приятное.
Потом Накадзима раскрывает сумку, битком набитую книгами, и медленно
достает что-то неуверенным движением. Это та самая мотиами. Накадзима
зажимает ее под мышкой, словно градусник, и закрывает глаза.
«Нет! Нельзя! Если ты уснешь в этом месте, ты умрешь!» — кричу я.
Я очнулась от собственного крика. Тии-сан смотрела на меня, продолжая
держать мою руку.
Тут Мино-кун снова заговорил ее голосом:
– Сейчас ты видела картину прошлого и будущего Нобу. То, что с ним
было, и то, что может случиться.
– Этого нельзя допустить, — сказала я, неожиданно разрыдавшись.
Я была взволнована как в тот раз, когда видела маму во сне.
— Это не до конца реальное событие, а только символ, но, разумеется,
символ того, что может произойти в действительности, – равнодушно произнес
Мино-кун, будучи всего лишь переводчиком.
Однако я смогла уловить тень скрытой печали в его глазах.
— Поняла. Я все поняла, — сказала я.
Тии-сан снова закрыла глаза и погрузилась в сон.
— Без сомнения, в Париже много хорошего. Возможно, там живется даже
легче, чем здесь, — сказал Мино-кун, возвратившись в себя.
Так я поняла, что сеанс окончен.
— Сколько я вам должна? — спросила л.
— Пожалуйста, десять тысяч иен, — ответил Мино-кун.
— Так дешево?!
Я ожидала услышать слова о гораздо более крупной сумме за все, что
здесь произошло, и была несколько обескуражена.
— Я ни от кого не беру больше, — пояснил Мино-кун.
Я внимательно посмотрела на Тии, снова лежащую с закрытыми глазами,
собираясь поблагодарить ее, и заметила в изголовье кровати рамку с
фотографией их мамы. Прежде я совершенно не обращала на нее внимания.
Немного перекошенное лицо, как две капли воды похожее на них обоих,
позволило мне догадаться, что это их мать. Глаза на фото, помещенном в рамку
из чисто белого дерева, смотрели точно в мою сторону.
И тут мне показалось, что я знаю эту женщину. Я видела ее по
телевизору.
– Ах, Мино-кун! Я ничего не знала…
Думаю, Мино-кун понял все, что я хотела сказать.
Он только кивнул.
Я решила ничего больше не говорить.
— Пожалуй, мне пора…
Я встала. Напоследок я крепко сжала руку Тии, а она в ответ крепко
сжала мою.
После я вышла из комнаты. – Удачи, — послышался слабый высокий
голосок, похожий на щебет пташки.
Я обернулась, но Тии-сан по-прежнему спала.
— Давненько я не слышал голоса Тии, – сказал Мино-кун. — Раз она
может говорить, могла бы и не использовать меня,
— Наверное, она думает о том, что брату тоже нужна работа, –
предположила я. — К тому же на говорение тратится много энергии.
— Ну, значит, в моем существовании есть смысл, — улыбнулся Мино-кун.
— Не то слово! Для всех нас ваша жизнь очень дорога, — сказала я,
искренне думая так.
Мино-кун молчал.
Это молчание было в точности таким же, как у Накадзимы, и у меня
сдавило грудь. Молчание человека, который считает себя ненужным этому миру.
Выпив еще одну чашку чая, я вышла из дома. Мино-кун принес пустую
пластиковую бутылку. Он сказал, что будет здорово, если я захвачу с собой
немного воды из источника в качестве сувенира.
Озеро сегодня было покрыто рябью. Все потому, что был небольшой
ветерок. В лодках никого не было, и они, одиноко привязанные, слегка
покачивались в такт ряби.
Для меня все было как в тумане, словно я попала в сказочный мир.
Ветви деревьев, раскинувшиеся над поверхностью озера, тоже немного
покачивались. Я заметила, что все это были многочисленные деревья сакуры.
Должно быть, в период ее цветения это озеро окаймляется волшебной розовой
дымкой.
– Когда цветет сакура, здесь, наверное, безумно красиво, –
предположила я.
— Да, в здешних местах это самое прекрасное событие в году, — сказал
Мино-кун.
Эти слова прозвучали не настолько дружески, чтобы быть истолкованными
как «Непременно приезжай посмотреть на это». Однако мне казалось, что это
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58
Метки: Банана Есимото