Водитель уставился на капот джипа Римо и впервые заметил неожиданно появившегося пассажира, только когда руль перехватила невероятно сильная белая рука.
Выругавшись по-китайски, водитель попытался крутануть баранку. Бесполезно: руль, казалось, был приварен к рулевой колонке.
Шофер попытался нажать на педаль тормоза. Но кто-то сильным пинком сбросил его ногу с педали и нажал на акселератор. Джип ускорил ход.
Это было чистейшим безумием. Дорога была слишком узка и извилиста, чтобы ехать на такой большой скорости. Особенно, если бы началась борьба за обладание рулем. Но никакой борьбы и быть не могло, настолько велико было превосходство Римо в силе.
Автомобиль сильно раскачивался, прыгал, но каждый раз, когда казалось, что он вот-вот свалится в пропасть, каким-то образом отворачивал от нее. Сильнее же всего водителя-китайца бесило то обстоятельство, что незнакомец держал руль одной рукой.
Эта безумная езда закончилась ошеломляюще внезапно.
Нога незнакомца с педали газа перескочила на тормозную педаль.
Джип остановился, словно ударившись о невидимую стену. Сам водитель, однако, остановиться не смог. Он вылетел через лобовое стекло, пронесся над капотом и продолжил движение.
Тщетно китаец пытался хоть за что-нибудь зацепиться. Зацепиться было не за что. Тем временем в действие вступила сила тяжести. В следующий миг голова в шлеме ударилась о каменную стену, после чего в расплющенном мозгу китайца уже не промелькнуло ни единой мысли.
Римо отъехал назад, развернул джип и поехал в прежнем направлении. Он потерял время, зато приобрел полный бак бензина. Если повезет, ему удастся проскочить мимо приближающейся моторизованной колонны.
Взглянув вниз на равнину, он понял, что шансов у него почти нет.
Колонна была танковая. Три тускло-зеленых советских «Т-62» ехали один за другим. Время от времени их округлые башни поворачивались в разные стороны, видимо, угрожая притаившимся снайперам.
На башне головного танка был установлен пулемет, и солдат в зеленой форме бил короткими очередями куда ни попадя. Под градом пуль три пасущихся яка, источник пропитания всех тибетцев, вздрогнув от страха, заревели и повалились на землю прямо с недожеванной травой в зубах.
Затем пулеметчик заметил двадцатифутового сидящего Будду на склоне горы. Статуя, видимо, была очень древняя, и, чтобы вырубить ее в граните на такой высоте, где воздух сильно разряжен, вероятно, потребовалось много лет.
Пулеметчик сосредоточился и тщательно прицелился. В следующий же миг от лика Будды, пусть и изрядно выветрившегося, но все еще прочного, полетели каменные осколки.
Расстреляв ленту до конца, пулеметчик вытащил карманную рацию и бодро кому-то отрапортовал.
В джипе, очевидно, ехал разведчик, подумал Римо. Может, они ищут именно его. Ну что ж, скоро найдут. А потом всю свою оставшуюся, очень короткую, жизнь будут жалеть, что нашли.
* * *
Капитан Дуфу Иту из четвертой полевой армии разыскивал вертолет, посланный с карательной целью. До сих пор о нем ни слуху ни духу.
В этих не прощающих ошибок горах с их разреженным воздухом, где даже танки задыхаются от недостатка кислорода, с вертолетами часто случаются аварии. Без сомнения, вертолет сел. Вероятно, совершил вынужденную посадку.
Или же, в худшем случае, его подбил этот трижды проклятый Чуши Гангдрук. В глубине души капитан надеялся, что так оно и есть на самом деле. С тех пор как Пекин разрешил въезд иностранцев в Тибет, ему запретили практиковаться в учебной стрельбе по тибетским монастырям. А капитану уже опостылело вести огонь по якам и изваяниям Будды.
Так как в настоящее время в Тибете шло восстание, доступ сюда иностранцам был временно запрещен, однако все уцелевшие монастыри были уже сфотографированы. Пекин осуждал использование их в качестве мишеней для стрельбы.
Тем не менее время от времени все же можно было побаловаться, возложив всю вину на движение сопротивления.
Капитан Дуфу ехал в головном «Т-62». Конечно, рискованно, потому что можно было наткнуться на мину, но до сих пор командиры ехали посреди или в конце колонны, и Чуши Гангдрук соответственно изменил свою тактику.
Соответственно изменил свою тактику и капитан Дуфу. В последнее время Чуши Гангдрук обычно не взрывал головные танки.
Капитан приказал открыть люк, потому что дышать в этом разреженном воздухе было трудно. Он, как и всё солдаты, под мышкой держал желтую кислородную подушку с пластиковой трубкой и двумя отводами для ноздрей. При необходимости всегда можно хлебнуть кислорода.
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105
Метки: Ричард Сэпир, Уоррен Мерфи