- Благодарю за то, что приехали ко мне, – сказал он.
Малко холодно улыбнулся.
- Именно для этого я и прибыл на Гаити.
Жакмель открыл левую ладонь, давая на несколько секунд отдых своим пальцам.
- Вы представляете людей, готовых помочь мне, – медленно сказал он, – не так ли?
- Именно так.
Наклонив голову, Жакмель задумался на несколько секунд. Издали берег казался одной зеленоватой линией.
- Можете ли вы гарантировать, что я буду признан законным главой правительства?
Только абсолютно чокнутый мог бы представить себе подобный разговор на затерянном островке на Караибах. Но Малко было не до шуток: слишком велики были ставки в этой игре.
- Да, при условии, если не будет никакого другого правительства, и если вы согласитесь впустить в страну некоторых эмигрантов. Это – главное.
Толстые губы Габриеля Жакмеля изобразили необычайно жестокую усмешку:
- Соперников я обчищу до нитки и принесу вам их головы. Об эмигрантах же поговорим позже.
Это уже становилось привычкой. Он показал на кожаный мешок, стоявший рядом.
- Вот голова Франсуа Дювалье, я никогда не расстаюсь с ней, чтобы подбодрить моих людей, я показываю ее им. Хотите взглянуть?
Малко вежливо отказался, да и Жакмель не настаивал.
- Каковы ваши идеи?
Медленно, с расстановкой Малко объяснил. По мере его рассказа Жакмель все больше щурил глаза, что придавало ему хитрый вид.
В конце он легонько стукнул Малко по плечу.
- Браво, отличная мысль!
Лицо Габриеля Жакмеля было озарено злой радостью. Малко подумал вдруг о Симоне Энш и, в сердцах, стал всматриваться в голубизну Антильского моря.
Голос негра оборвал его мысли:
- Чего вы добиваетесь для эмигрантов?
- Пост министра иностранных дел для Жозефа Энш. Его дочь, Симона Энш, подтвердит это соглашение от имени своего отца.
- Симона Энш?!
Он медленно и недоверчиво повторил ее имя. Малко опередил его:
- Я знаю, что произошло между вами, но Симона Энш готова забыть прошлое.
Жакмель плотоядно улыбнулся:
- Я буду счастлив снова увидеть ее…
От отвращения Малко передернуло: он представил себе массивное тело Габриеля Жакмеля и грациозную, хрупкую Симону Энш.
Жакмель встал во весь свой двухметровый рост. Внушительно! На нем были расстегнутая на груди рубашка и военные брюки. Двадцать магазинов для автомата Томпсона служили ему стальным поясом. Он смерил Малко взглядом.
- Вы знаете, что я не люблю американцев. Почему же вы помогаете мне?
Малко умирал от желания сказать ему, что если бы все зависело от него, то он бы с удовольствием накормил Жакмеля с ложечки напалмом.
- Решение было принято в более высоких сферах, – холодно сказал он. – От вас требуется оградить эту страну от кубинского влияния и не изменять торговых отношений…
Вздохнув, как тюлень, Жакмель навис над Малко.
- Что касается коммунистов, здесь я согласен, – сказал он, – пусть они только сунутся сюда, я их всех перебью. Люблю убивать коммунистов. Это – вонючие подонки, богохульники.
Еще один пример лирики по-тропически… Жакмель продолжал, в его голосе слышался гнев:
- А вы знаете, что американцы платят за сахарный тростник по ценам 1934 года?
Малко не знал этого. Негр пожал плечами.
- Все это вас не касается. Посмотрим в дальнейшем. Но я ничего не знаю о вас, – вдруг сказал он. – А вдруг вы мне ставите ловушку? Кто знает, может вас прислали Дювалье…
Малко постарался остаться невозмутимым.
- Вчера вечером меня хотела ликвидировать Амур Мирбале, – сказал он.
- Именно, – сказал Жакмель, – я как раз хотел поговорить о ней. Когда мы увидимся в следующий раз, вы принесете мне две вещи: двадцать пять тысяч долларов в гурдах и голову Амур Мирбале… Это будет залогом вашей доброй воли…
Глава 11
- Кстати, – сказал Берт, – что касается Амур Мирбале, не нужно понимать буквально слова Жакмеля. Главное – обезвредить ее. А уж голову он сам ей отрубит…
Очаровательное уточнение.
До этого все шло нормально. Прямо из лодки Малко пересел в машину Берта Марнея, и они отправились в Порт-о-Пренс. Им не встретился ни один макут… И все же Малко был уверен, что Амур Мирбале не отказалась от мести.
- Постарайтесь не очутиться там, – прохрипел Берт Марней, указывая на небольшое желтое здание в три этажа, расположенное на пустыре, сзади антенны Радио-Метрополь. На мачте развевался гаитянский флаг.
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71
Метки: SAS, Жерар де Вилье